Единственному участнику Великой Отечественной войны Константиновского района Николаю Васильевичу Ермакову исполнилось 100 лет!
9 апреля 2025 года Николай Васильевич Ермаков отмечает свой столетний юбилей. Это единственный участник Великой Отечественной войны, проживающий в Константиновском районе.
Николай Васильевич родился 9 апреля 1925 года в х. Савельев Константиновского района, в 1943 году был призван в ряды Красной Армии.
В семнадцатилетнем возрасте он попал в 4-ю гвардейскую стрелковую дивизию, которая с кровопролитными боями в январе 1943 года прорывалась из окружения на рубеже Тацинского и Константиновского районов Ростовской области.
Трижды дивизия попадала в окружение, где вражеские танки врезались в гвардейские полки, дробили их на части и старались закатать упорных освободителей в мерзлую донскую землю. Поредевшие ряды гвардейцев пополнили призывники Константиновского района.
24 июня 1943 года произошло награждение дивизии орденом Красного Знамени за боевые действия с рубежа реки Дон до реки Миус.
Из воспоминаний ветерана: «Нас, уроженцев 1925 года, на фронт ушло шестеро: Коренев Иван, его двоюродный брат Коренев Николай, Даниловы Иван и Василий, Реуцков Василий и я. Шесть месяцев учёбы прошли в Красном Сулине, занятия длились по 8–10 часов.
Мы были во втором эшелоне, прибыв на передовую сменили части 40-й гвардейской стрелковой дивизии, занимали уже пустые окопы, укрепляли оборону. Миус-фронт рождался в поте и великой решимости войск». Ходы сообщений на этом фронте тянулись на сотни километров – по ним можно было пройти от Азовского моря до Ворошиловграда.
Боевые порядки полков были связаны многими километрами ходов сообщений и траншей первого, второго и третьего рядов. Пополнения, приходившие в полк, специально обучались правилам движения по ходам сообщений. Глубина немецкой обороны доходила до 11 километров, усеяна дотами, дзотами и минными полями. Оборону держала 6-я немецкая армия.
17 июля 1943 года, после двухчасового артобстрела вражеской обороны 4-я гвардейская дивизии 5-й Ударной армии Южного фронта предприняла вторую попытку прорыва обороны противника. Как вспоминали участники боёв, многие немецкие солдаты сошли с ума – некоторые плясали, некоторые пели, кто-то плакал.
Но в этот день войскам Южного фронта не удалось пробить вражеский заслон, и только на следующий день, после очередной артподготовки, когда заговорила «Катюша» удалось сломить сопротивление противника.
«Здесь, при штурме Саур-Могилы я получил ранение, автоматная пуля прошла насквозь ногу, и меня отправили в госпиталь, который находился в Красном Сулине. Там пробыл где-то две недели и опять на фронт, на Миус. На Миусе мы потеряли первых наших друзей, земляков. Не вернулся уроженец хутора Белянского Старичков, где-то здесь же погиб Реуцков».
Бои на Миусе сравнивали с Курской битвой, которые шли одновременно, оттягивая силы противника на «два фронта». Врагу пришлось с Курского направления оттянуть к Миусу три танковые дивизии и часть авиации. Миусский оборонительный рубеж, или как его называли немцы «Миус-фронт», состоял из трёх полос.
С 18 июля начались тяжёлые освободительные бои за Степановку, здесь немец бросил в бой до 100 немецких танков и 150 штурмовых орудий, в том числе 75-мм самоходные штурмовые орудия StuG III, САУ StuIG 33B с 150 мм пехотными пушками. Бои продолжались и в августе месяце.
Немецкая авиация наносила бомбовые удары по штурмующим советским войскам,
количество вражеских бомбардировщиков доходило до 200 самолётов. На Миус-фронте на одного погибшего немецкого солдата приходилось семь- восемь погибших воинов Красной Армии.
2 августа дивизия под напором врага вынуждена была отступить, но с середины августа, пополнив свои ряды, вновь приняла участие в освобождении городов Украины.
После 22 месяцев оккупации 4-я гвардейская стрелковая дивизия 1 сентября, овладела городами Снежное и Первомайск, 3 сентября освободила украинский город Енакиево.
«При освобождении украинских городов я получил очередное, уже тяжёлое осколочное ранение в спину. Немец был на высотках, а мы внизу находились. А было это так.
Когда мы начали гнать немцев, они драпали, бросая свои окопы и капониры. Мы забегаем с помощником комвзвода в такой окоп, он был впереди, а я сзади него, только он успел сказать: «Вон они, немцы!», — и его убили, а меня гитлеровским осколком в спину».
На фронте Николаю Ермакову приходилось быть и стрелком, и автоматчиком, и минометчиком. Если из строя выходили миномётчики, нас из пехоты отправляли пополнять их расчёты. Главное — одержать победу над врагом, а она давалась нелегко. Также, тяжёлые бои происходили за плацдарм в районе села Степановки.
При очередной атаке его с друзьями запечатлел военный фотокорреспондент. Они, военкоры, как известно, на передовой тоже шли в бой вместе с другими солдатами, не забывая о своей главной миссии — запечатлеть историю в кадре. Сейчас эта фотография — классика военной фотохроники. Николай Ермаков, рассматривая фото, узнал боевых товарищей и свое подразделение, с которым брал Степановку, и воспоминания нахлынули…
«Бегу первым. Следом — пулеметный расчет: Иван Мамонов и Нагибин. Иван войну прошел, а Нагибин погиб. Два легких ранения, возвращение в строй, освобождение Сталино (Донецка). Третье, тяжелое, — полгода в госпитале…»
Полученное в бою ранение было настолько серьезным, что Николаю Ермакову пришлось пролежать в лазарете долгих шесть месяцев. «Миусных» бойцов отправляли в тыл, в город Шахты. Там он и оказался, в убогом, наполовину разбитом здании, кое-как приспособленном под лазарет.
Солдаты лежали на земляном полу, подстелив вместо матрацев солому. Как вспоминает фронтовик, завшивленность была такова, что насекомые буквально сыпались с бинтов, когда делали перевязки. Кстати, сами раненые (кто мог) эти бинты и стирали.
Через некоторое время Николая отправили в населенный пункт недалеко от Батуми, где свежий воздух моря и гор благоприятно подействовал на выздоровление молодого организма.
«День Победы я встретил в госпитале кавказского города Гори. В госпиталь этот отправляли тяжелораненых, иначе он назывался «глубокий тыл», пробыл там 6 месяцев, потом в запасной полк. Как узнали о Победе, мы плясали, песни пели и плакали от счастья. Отдав долг Родине, вернулся в х. Гапкин, где и проработал всю жизнь в родном колхозе.
Помню, как после ранения нас распределяли по запасным частям. Приезжали офицеры и смотрели нас, ко мне подошёл флотский офицер и спросил у меня фамилию, записал и сказал: «Буду вызывать, выходи», так я попал на Черноморский флот, начинал пехотинцем, а войну закончил моряком, прослужил 8 лет и домой вернулся только в 1950 году.
Ещё был такой случай. Из нашей части отобрали человек тридцать молодых ребят, погрузили на пассажирский теплоход и через Каспийское море повезли в Иран. Там наши войска держали южную границу, чтобы враг не прошел в Азербайджан, вот нас и отправили туда как пополнение. Там мы были недолго, вывели на пересыльный пункт, где все части, которые были за границей, расформировывали».
Большое количество поставок Советскому Союзу и Великобритании на Ближнем Востоке продукции военного назначения осуществлялось через персидский коридор, через который в годы войны прошли 26—34 % грузов по поставкам Советскому Союзу по программе ленд-лиза. В мае 1946 года советские войска покинули территорию Ирана.
«Да, досталось нам, но мне повезло, вернулся домой», — с грустью вспоминает Николай Васильевич ушедших и не вернувшихся с фронта своих земляков. «Домой из нашего призыва не вернулись братья Кореневы и Реуцков, вернулись нас трое раненых: Даниловы и я».
Гвардии рядовой, старший матрос Н.В. Ермаков в составе 8-го стрелкового полка 4-й гвардейской дивизии 5-й Ударной армии принимал участие в освобождении Ростовской области, Украины и Белоруссии. Трижды бал ранен. Награжден орденом Отечественной войны 2 степени, медалью «За победу над Германией» и другими медалями. 
Всю жизнь Николай Васильевич проработал в местном колхозе: в МТС, на пилораме, пчеловодом. За добросовестный труд награжден медалью. Как единственный фронтовик в хуторе, он часто принимает гостей, рассказывая о событиях тех далеких лет, показывая фото с боевыми товарищами во время атаки и вспоминая Миус-фронт.
Ильин Иван, боец поискового отряда «Донской»