Slider

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
 1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031  

0001ОКНО В ПРИРОДУ

По весне во дворе моего дома стали мелькать две трясогузки. Для гнезда им приглянулась поленница под крышей сарая. Место укромное,  не страшны ни ветра, ни дождь.
Самочка сидела на яйцах, а самец не знал покоя ни днем, ни ночью. Гнездо зорко охранял. Поймает насекомое, посидит на крышах построек – не наблюдает ли кто за ним, а потом уже несет добычу своей любимой. На меня внимания не обращал, всем своим видом показывая, что у него очень важные дела.
Вскоре появилось потомство. Трясогузки освоились. Бегали не только по огороду, но и по ограде, ловили мошек в саду.
Все лето, что бы я ни делал в огороде, птичка сядет на ближайший колышек и что-то щебечет.

Я, улыбаясь, спрашивал: «О чем ты мне рассказываешь или поешь?».
Птицы поселили в моей душе радость.
Однажды я сидел на кухне у окна. Вдруг прилетает тря- согузка, вибрирует на одном месте, машет крыльями,                щебечет, смотрит на меня. В чем дело?  Что это значит? Выхожу на улицу, трясогузки не видно. Улетела совсем. Выходит, птица прощалась со мной и благодарила за при-            ют.
Я эту поленницу не буду убирать. Может следующей весной прилетят.
В.ХИЖНЯК,.
х.Хрящевский.


 

Мне***

Учитель – прекрасное емкое
                                 слово.
Хочу повторять его снова
                               и снова.
Он входит надолго в жизнь
                                  нашу,
Как только становимся
                   чуточку старше.
Он учит читать нас, писать
                             и считать,
По жизни уверенно в ногу
                                шагать,
Прекрасное видеть, ценить,
                             понимать,
Смело творить, дерзать,
                             созидать.
Народу и Родине верными
                                 быть –
Верой и правдой им честно
                               служить.
Правду от фальши уметь
                              отличать,
Честь и достоинство
                        не растерять
И за поступки свои отвечать.
Он верный помощник нам,
                 верный наш друг,
К нему мы спешим через
                         годы разлук.
Учителя надо беречь
                             и любить,
И чаще спасибо ему говорить.
За то, что ты с ним мир
              прекрасный познал,
За то, что он жизнь свою
                         детям отдал.
                    
               * * *
Запомни, друг юный, запомни
                                  навек,
Не хлебом единым живет
                              человек.
Многое надо понять тебе
                              в жизни,
Чтобы служить своей милой
                              Отчизне.
Чтоб мир бесконечный,
                    природу понять,
Чтоб новое смело творить,
                             созидать.
Оставить бесценный свой дар
И имя прославить, пока ты
                                не стар.

                  * * *
Жизнь, какой бы ни была она,
Она одна лишь нам дана.
А потому встречай с улыбкой
                       каждый день,
Забудь про праздность, скуку,
                                   лень.
Люби, страдай, твори,
                                дерзай,
Родных, друзей не забывай,
Теплом их души согревай,
Днем прожитым как благом
                               дорожи,
В своих поступках не греши.

В. Перекопская,
ветеран  педагогического труда.


 

 ВЕЩИЕ СНЫ

Насте приснилась темнота. Сначала светло-яркое солнце, а потом будто кто-то выключил свет, и все в одно мгновение погрузилось во тьму. Ей стало страшно. Она проснулась. Сердце бухало в подушку частыми, сильными ударами. Рассвет только занимался, часы показывали пять.
Настя, боясь уснуть и снова увидеть кошмар, встала. Мама с папой еще спали. Хотя, когда она проходила мимо их спальни, папа ворочался и что-то бормотал.А может, просто показалось? Она пошла в летницу, замесила тесто. Вчера закончился хлеб, не рассчитали, даже в «тормозок» положить не осталось. Хлеб мама пекла в горнушке, во дворе. И обед готовила тоже мама. На этом ее работа и заканчивалась. Настя с отцом больше не позволяли ей ничего делать, потому что у нее было больное сердце.
Уже после войны мама получила сообщение о том, что ее муж пропал без вести. У нее случился сердечный приступ.
Перепуганная Настя побежала к соседке, тете Оле. Та сразу пошла к ним домой, а Настю послали в больницу за врачом. К маме несколько дней ходила фельдшер, делала инъекции. Насте было жалко маму и страшно остаться одной. Однако благодаря Насте они и выжили. Бойкая девчонка стала ходить с пацанами на пустырь выливать сусликов. Таскала ведра с водой, лила и лила в норку, пока головка грызуна не появлялась, потом  ловко хватала его за шелковистую шейку и отдавала ребятам. Дальше уже было их дело. Шкурка стоила 5 копеек, их сдавали и деньги делили поровну. Заднюю часть тушки отделяли и эти «задки» тоже делили.
Дома Настя тушила мясо и кормила мать. Да и сама ела, куда деваться. Сначала не могла, а потом привыкла. Старшим у них был Пашка, ему уже тринадцать стукнуло. Он присматривал за ребятами, чтобы не обижали Настю и не обделяли. Свои «задки» он отдавал ей. Там же, на пустыре, у ребят стоял котелок, в него кидали остатки тушек, добавляли каустическую соду, разжигали под котлом огонь и варили мыло. Оно получалось мягким и трясучим, как холодец. Резали этот «холодец» на одинаковые кусочки и продавали по пять копеек. Порой Настя могла даже хлеба купить на пекарне.
Иногда всей оравой ходили на ту сторону Дона. Там были озера, на воде качались красивые белые кувшинки. Пашка однажды поплыл сорвать их Насте, и его укусила змея.
Его потом долго в больнице держали. Да и в степи, когда сусликов выливали, нет-нет да и мелькнет у самых ног серая гадина. Многому за то лето научилась Настя. Пашка помогал ей во всем.
 – Ты умей выбирать норку, – учил он подругу, – лей только в вертикальную, из горизонтальной ты ничего не дождешься.
И пышки печь научилась в то лето. Полмешка муки было еще мамой заработано. И еще спасибо тете Оле, соседке. Хоть они и были из раскулаченных, но жили небедно. Из станицы уехали сразу после того, как у них отняли дом, хозяйство и многое другое. В рабочем поселке купили дом, рядом с флигелем, в котором жили Настины родители. Потом купили корову. У них был даже сепаратор американ-ский. Тетя Оля перегоняла всем людям молоко. Когда заболела Настина мама, тетя  Оля посылала своих мальчишек отнести соседям обрат.
Мама уже начала вставать. Но на работу ее не брали. А тут нежданно-негаданно папа приехал. У мамы опять был приступ, такой же, как тогда. Теперь будто бы все утряслось. Папа служил танкистом. Ранило его  уже после войны. Было прострелено легкое, не мог ни дышать, ни говорить. Его долго лечили в госпитале, говорили, не жилец, а он выжил. Теперь папа работает на тракторе. Настя закончила семь классов и пошла работать. Летом на прополке, зимой в телятнике. Телята ее любили, бегали следом, хватали шершавыми языками ладошки и сосали. Дома стирка, уборка, огороды. Надо все успеть. Сегодня она пойдет работать на силосную яму. Уже второй день.
Пышки готовы. Настя взяла тряпичную сумку, положила в нее несколько горячих картофелин, бутылку с компотом заткнула свернутой бумагой, завернула в газету – вот и готов «тормозок».
Настя уже уходила, когда из флигеля вышел отец.
– Дочка, может, сделать сегодня себе выходной? Дома побудешь?
– Ты что, папка, заругают ведь!
– А ты скажись больной.
– Так ведь не болею! Зачем врать? Пойду. И чего это ты удумал…
 Солнце взошло, светило приветливо, пока не припекло… «Вот оно, солнышко! И никто его не выключит»,- вспоминая давешний сон, подумала Настя.
Бригада в сборе. Шесть девчат, все, как одна, закутаны в белые платки до самых глаз. Берегут кожу от солнца. Настя солнышка не боялась, она его любила и не ворчала на него, когда палило нещадно, не пряталась от него. Чего прятаться-то? Черная, как головешка, чернее уже не станет.
– Ну, че позакутались? Задохнетесь!
– Как бы тебе самой не задохнуться! – откликнулась Танька, зло сверкнув глазами из-под платка.- Яма глубоченная, вчера только дно успели закрыть. Сверху глянешь – голова кружится.
Стройная, хрупкая Настя выделялась среди подруг. Две русые косы, в руку толщиной каждая, на зависть всем. Да и язык – за словом в карман не лезет. Недаром маме бабы говорили:
– Ох, Катерина, и бедовая у тебя Стюрка!
Под словом «бедовая» подразумевалось бойкая, смелая. И все звали ее Стюркой, кроме родителей, тети Оли и Пашки.
Привезли коровий «салат» – измельченную молодую кукурузу вместе с листьями, стеблями и початками. Отдохнувшие девчата, всласть наоравшись песен про скромный платочек и тесную печурку, принялись разравнивать ссыпанную кучу « салата». Разровняли, упыхались.
Тракторист Пашка, окончивший курсы, трамбует, девчата отдыхают. Вдруг Танька вылупила свои и без того крупные глаза:
– А Стюрка где?
А Стюрки нет как нет.
– Завалило ее! Засыпало!- закричали наперебой девчата. Повскакивали, вилы похватали, бросились разгребать не успевший спрессоваться «салат». Пашка схватил лопату и тоже кинулся грести. Всех охватила паника. Откопали Настю быстро, минут за пять. Пашка поднял ее на руки, вынес из ямы, положил на траву. Настя не дышала, была белой, как девичьи платки. Паша очистил Настино лицо от «салата», раскрыл руками ее рот и стал с силой вдувать в него воздух своим ртом. Потом обеими руками давить на сердце. Девчата непонимающе смотрели на его действия – мало кто знал тогда о таком оживлении.
– Девки, – дрожащим голосом монотонно повторяла Танька, – девки, я же не со зла сказала, я же не знала… Ой, что будет… Я не виновата.
Пашкины старания оправдались. Настя задышала. Вернее, сначала захрипела. Будто подавилась, а потом задышала, тяжело, со стоном. Стала не такой белой и глаза открыла. А потом чуть слышно прошептала:
– Я домой пойду.
– Иди, иди, – дружно закивали девчата. Но Настя лежала без движения. Через несколько минут она увидела склоненное над ней лицо отца.
– Как ты узнал? – прохрипела Настя.
– Сам не знаю. Побежал и все.
– Отец взял девочку на руки, понес домой.
– Я отвезу! – вызвался Пашка.
– Спасибо, Павел, не надо, я сам.
Паша не настаивал. Да и вряд ли кому удастся взять Настю из рук отца – так крепко он держал ее.
– Говорил тебе. Не ходи на работу, не послушалась.
У Насти кружилась голова, и было тошно. Папе, наверное, тяжело нести ее.
– Па, давай посидим в холодке, вон под тем кленом.
– Па, а как ты все-таки догадался?
– Знаешь, доча, я раньше никогда снам не верил. А перед ранением, ночью, я сон видел. Плохой сон. И дреманул-то всего ничего, с полчаса. С тех пор верю.
– А этой ночью что ты видел?
– Тебя видел. Будто потерял тебя, а кругом темень, найти не могу…
– А я когда там лежала, слышала, как по мне трактор проехал, а дальше не помню.
– Он рядом проехал, доча.
– Нет, он по мне проехал…
Настя положила голову отцу на плечо, может, меньше кружиться будет. – Па, а я видела сон, будто солнце потушили.
– Вон оно, доча, светит. И никто его больше не потушит. Я не позволю.
Настя встала потихоньку, они взялись за руки и медленно-медленно пошагали домой. Не дай Бог маме уже новость донесли, ей же волноваться нельзя. Яркое солнце освещало, обволакивало их теплым светом. Этим же летом Настя уехала учиться в областной город. И чего только ни было в дальнейшей Настиной жизни – поинтереснее бразиль-ских сериалов. Но это совсем другая история.

Поделиться ссылкой:

Все новости
Новый совет  приступил к работе

Новый совет приступил к работе

Приступил к работе обновленный ...
От очага культуры  всем должно быть тепло

От очага культуры всем должно быть тепло

На сегодняшний день Хрящевский ...
На Дону подвели итоги Года театра

На Дону подвели итоги Года театра

В Ростовском академическом драматическом ...
Город красивым сделаем вместе

Город красивым сделаем вместе

Жители города Константиновска активно ...
Media Metrics. Главное в СМИ
Новости донского региона