9-10 февраля 1943 года были освобождены последние населенные пункты Константиновского района от немецко-фашистских захватчиков, как следует из информационной записки Константиновского РК ВКП(б) от 3 марта 1943 года.
О том, насколько ожесточенные бои проходили в январе 1943 года на константиновской земле и как важно было немецкому командованию удержать эти позиции, можно судить по приказу Ставки Вермахта от 28 декабря 1942 года, подписанному Гитлером: «Необходимо вырвать инициативу у русских на некоторых участках маневренными действиями и снова продемонстрировать              превосходство немецкого руководства. Поэтому я приказываю:… 2. Не следует отводить силы, действующие южнее Дона, сразу с общего рубежа: возвышенность 60 км северо-восточнее Сальска – плацдарм у Цимлянской, а затем в связи с отходом группы армий «А» – с рубежа Сальск – Константиновская. Последний необходимо удерживать».
В освобождении Константиновского района принимали участие советские части из 24-й, 33-й, 4-й, 40-й гвардейских стрелковых дивизий 2 гвардейской армии, 387-й, 258-й, 315-й стрелковых дивизий. 5-й ударной армии…
Об участии 24-й гвардейской дивизии в освобождении константиновской земли рассказывается в книге «Под гвардейским знаменем», авторами которой стали ветераны этой прославленной дивизии С.Жилин, Ю.Кириленко и Т.Степанов.
В сборнике «Освобождение», составителем которого является военный краевед из поселка Стычновского В.А. Шульга, более подробно можно почитать об участии всех советских частей в боях за наш район.
Об участии 33-й дивизии в освобождении Константиновского района также рассказывается и в книге «33-я гвардейская стрелковая дивизия», которую написал Н.А.Курченко, сын ветерана этой дивизии. Приводим выдержки из книги, касающиеся боевого пути дивизии по константиновской земле:
«…На правом берегу Дона наши дивизии завязали бои за хутора Суворов, Каргальско-Белянский, Вербовый и станицу Богоявленскую на оборонительном рубеже противника по реке Кагальник, прикрывающем отход вражеской группы армий «Дон» за Северский Донец, серьезный водный рубеж.
Началось освобождение Николаевского, а затем и Константиновского районов. Бой за хутор Каргальско-Белянский 33-я гвардейская дивизия начала в ночь на 6 января 1943 года. В ходе боя, длящегося целые сутки, красноармейцы отразили десять контратак вражеской пехоты, поддерживаемой почти тридцатью танками. Два дивизиона 59-го гвардейского артполка подбили 11 танков и сражались до тех пор, пока не вышли из строя все орудия. Геройски погибли в этом бою гв.капитан Я.А.Хряковский, командир артдивизиона, командиры артвзводов гв.младшие лейтенанты В.К. Фадеев и А.П. Угрюмов. Трижды раненый гв.ст.лейтенант И.С. Рейер, командир артбатареи, по которой противник выпустил сотни снарядов, продолжал руководить ходом боя. Старший сержант И.С.Каверин выкатил свою пушку вперед на триста метров и прямой наводкой, почти в упор, расстрелял три танка.
В освобожденном хуторе оказались только женщины и малые дети. Они и рассказали, что перед боем фашисты собрали всех стариков и подростков, посадили на танки и вывезли из хутора. В хутор они не вернулись. Страшная разгадка не заставила себя ждать, разведка дивизии в небольшой лощине западнее хутора нашла двадцать три изувеченных тела – останки расстрелянных и раздавленных гусеницами танков людей. Только одному парнишке, Петру Чеснокову, удалось избежать расправы – в пойме реки он, спрыгнув с брони танка, сумел уйти в камышовых зарослях от автоматных очередей, выпущенных вслед. Пятерых казненных местные жители похоронили на хуторском кладбище. Остальные вместе с 17 командирами и 88 бойцами, погибшими при освобождении хутора, были похоронены в братской могиле.
Ветеран дивизии Д.П.Травкин пишет: «В Отечественную войну мне пришлось оборонять или штурмовать знаменитые на всю Россию курганы: Мамаев – на Волге, Матвеев и Саур-Могилу – на Миус-фронте, Малахов курган под Севастополем. Но всю свою жизнь я не мог позабыть безымянный курган в Каргальско-Белянском, жестокий бой за этот хутор (который в настоящее время не существует) и учиненные фашистами зверства над его жителями».
Здесь, у ничем не знаменательной речки Кагальник, освобождение почти каждого хутора, каждой станицы, часто не раз переходивших из рук в руки, доставалось ценой сотен жизней.
Так, потери 33-й гвардейской стрелковой дивизии, по свидетельству ее ветерана В.Г.Суховеева, составили: при освобождении хуторов Новая Деревня – 102, Гапкина – 249, Савельева – 105, Ермилова – 307 человек.
Но самые большие безвозвратные потери были у 24-й гвардейской стрелковой дивизии, освобождавшей станицу Николаевскую, а затем – Богоявленскую, важнейший узел обороны противника на рубеже реки Кагальник.
Эта, уже изрядно поредевшая и недавно перешедшая на правый берег Дона дивизия, потеряв в Николаевской 340, а в Богоявленской еще 597 своих бойцов и командиров, была отведена на доукомплектацию.
«Начались беспрерывные, тяжелые наступательные бои по освобождению, на которые шли в открытую, напролом, не считаясь с огнем противника. Отчего несли огромные потери», – вспоминает ветеран дивизии В.Н. Ермолов.
Выполняя приказ Главкома двигаться вперед и любой ценой захлопнуть «ворота Кавказа» под носом у немцев, а затем вернуть стране Донбасс, чьим углем снабжались тогда промышленные предприя- тия Германии, командование фронта торопило армию, армия – свои корпуса и дивизии… Подгоняла и холодная зима – за крышу над головой и теп-лый ночлег отчаянно бились и немцы, и русские.
Попытка с ходу, на плечах врага, выйти к восточному берегу Северского Донца совет-ским войскам не удалось.
Немцы усилили свою оборону тремя дивизиями (двумя танковыми и одной пехотной), снятыми с соседних участков фронта, и наносили нашим соединениям беспрерывные сильные контрудары. Правофланговые дивизии 2-й гвардейской армии, вошедшие в состав 1-го гвардейского стрелкового корпуса после расформирования опергруппы Я.Г. Крейзера (33-я, 24-я гвардей-ские и 387-я стрелковая), вынуждены были перейти к обороне, удерживая рубеж Ермилов-Богоявленская- Кастырский.
В эти дни трагически закончил свой боевой путь командир роты автоматчиков 84-го стрелкового полка гвардии лейтенант Иван Сергеевич Лебедев, совершив свой последний подвиг, вошедший в историю дивизии как «Ермиловская ночь».
Вместе со своей ротой, известной нам еще по первым боям передового отряда дивизии в станице Чернышевской, И.С.Лебедев в ночь на 8 января проник в хутор Ермилов, занятый противником. Действуя только холодным оружием, бойцы снимали часовых, врывались в хаты, нападали на спящих немцев, бесшумно «убирали» тех, кто пытался сопротивляться, остальных брали в плен. За эту ночь автоматчики Лебедева уничтожили 87 немцев. После освобождения Ермилова (а «Ермиловской ночи» для этого не хватило, хутор дважды переходил из рук в руки) 84-й стрелковый полк вел тяжелые бои в районе хутора Лисичкина, где противник 10-11 января сосредоточил мотополк пехоты и до полусотни танков.
Здесь, 14 января 1943 года, гвардии лейтенант Лебедев получил смертельное пулевое ранение и скончался по пути в тыловой госпиталь хутора Паршикова Цимлянского района, совсем недавно освобожденного дивизией, где и был похоронен в братской могиле.
При освобождении хутора Лисичкина 84-й стрелковый полк 33-й гвардейской дивизии потерял еще 196 бойцов, а всего дивизия похоронила у Кагальника около 2000 человек – почти целый стрелковый полк. Такие потери были сравнимы только с потерями в большой излучине Дона…».
Да, несомненно, что самые большие потери понесли советские войска в Константиновском районе при освобождении небольшого степного хуторка Кастырского.
Немцы, используя выгодные условия местности (заснеженную и открытую степь), создали в хуторах Кастырском, Упраздно-Кагальницском и Камышном укрепленный оборонительный узел.
Части 24-й гвардейской дивизии, овладев Николаевской, Гапкиным, Богоявленской, 9 января 1943 года предприняли попытку с ходу занять Кастырский. Но немцы при поддержке танков и артиллерии контратаковали вошедшие в хутор части. Основной их удар пришелся на 70-й гвардейский стрелковый полк, которым командовал майор П.П.Ткаченко. В этом бою полк потерял 70 процентов личного состава, погиб сам майор Ткаченко, а также его замполит Г.М.Глезаров.
Немцы выбили советских воинов из хутора и на плечах практически полностью разбитого 70-го полка ворвались в Богоявленскую, захватили в плен большую группу совет-ских солдат и учинили над ними расправу (сожгли в сарае станичной мельницы). Затем контр-атака наших частей вынудила немцев отступить в Кастырский.
Разгорелись шестидневные бои за этот хутор, в которых принимали участие части 33-й гвардейской стрелковой дивизии под командованием генерал-майора А.И.Утвенко. Пройти без потерь заснеженную открытую степь, насквозь простреливаемую пулеметным и орудийным огнем, было практически невозможно. И все-таки в один из дней части 33-й дивизии ворвались в Кастыр-ский, наполовину заняв его, но немцы, подтянув резервы, выбили их из хутора.
Сколько же полегло в степи наших солдат, точно сказать нельзя, но в шестидневных боях 33-я гвардейская стрелковая дивизия понесла такие потери, что командование отвело ее во второй эшелон. На ее место выдвинулись части 24-й гвардейской дивизии.
В Богоявленскую прибыл заместитель командующего 2-й гвардейской армии генерал-майор Я.Г.Крейзер, который вместе с командиром 24-й гвардейской дивизии П.К.Коше-вым разработал новый план операции.
17 января 1943 года, в 22 часа, 24-я гвардейская дивизия, усиленная тремя противотанковыми дивизионами и тремя ротами ПТР из резерва армии, тремя штурмовыми колоннами атаковала Кастыр-ский: одна колонна в лоб, по степи, а две другие охватили хутор с юга и севера. В тяжелом ночном бою хутор был взят, северная колонна освободила и Упраздно-Кагальницкий, но ворваться на плечах отступающих немцев в Камышный не удалось из-за ожесточенного сопротивления противника.
В этом ночном бою Кастырский практически полностью сгорел, от хутора осталось 8 – 9 домов.
18 января полки дивизии дважды пытались освободить Камышный, но дневные атаки немцы отбили. И тогда в ночь с 18 на 19 января две группы войск этой дивизии с севера и юга обошли укрепленный узел сопротивления в Камышном, вышли на дорогу Константиновский – Шахты, освободили хутор Ведерников и рабочий поселок Константиновский.
Из воспоминаний жительницы станицы Богоявленской З.С.Чукановой: «Степь между Богоявленской и Кастырским было буквально устлано трупами. И мы, 16-летние и 14-летние девчонки, под руководством старшины и восьми солдат, специально оставленных для организации захоронения, стаскивали к кургану у Кастырского погибших. Старшина приказал девчатам искать у убитых медальоны, чтобы знать, кого хоронили, но у большинства таких не было. Тогда он сказал, чтобы забирали солдатские письма, любые бумаги, и девчата почти безрезультатно обыскивали погибших. Так большинство солдат и похоронили без опознания. Помню, те, что были с документами, в основном 1921-1923 годов рождения, молоденькие солдаты. Наверное, первыми шли в атаку штрафники, уж очень «разношерстно» были одеты некоторые погибшие. Немало лежало в степи «морячков», которых выдавали тельняшки. Но в основном погибшие солдаты были одеты в одинаковую форму. В Кастырском, у кургана, была вырыта большая братская могила размером 25 на 8 метров и глубиной более 2 метров. Внизу стояли солдаты, которые принимали трупы от девчат, а старшина стоял на насыпи братской могилы, считал убитых и собирал в планшет документы. Девчата вчетвером подавали вниз тела погибших (какие силы у 14-16-летних девчонок?), а солдаты плотно, ряд за рядом, слой за слоем, укладывали тела погибших в могилу. Уместили более 900 погибших воинов в одну могилу, но пришлось рыть еще одну тут же, по другую сторону кургана, – девчата со степи все привозили и приносили тела. Во вторую братскую могилу положили более ста погибших солдат. Майора П.П.Ткаченко, командира 70-го полка, похоронили на самой вершине кургана в хуторе Кастырском. Старшина с солдатами дали салют из автоматов по погибшему ком-полка. А замполита Г.М.Глезарова с адъютантом комполка, наполовину обожженным огнем, похоронили вместе со всеми в братской могиле у кургана».
К 15-18 января 1943 года значительная часть Константиновского района была уже освобождена от немецко-фа-шистских захватчиков, 19 января стал первым мирным днем для рабочего поселка Константиновского, а три сельсовета – Хрящевский, Нижнекалинов-ский и Усть-Быстрянский-были освобождены 9-10 февраля 1943 года.
Только по официальным данным при освобождении Константиновского района погибли 3575 советских солдат и офицеров… Вечная всем память!
В. КРЮКОВ.

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс

Прогноз погоды

Россия,Ростовская область, Константиновск,ул. Фрунзе,44 | E-mail:donskie.ogni@mail.ru |

© 2017. Все права защищены.

Яндекс.Метрика